2019/06/11

Жалованная грамота сокольникам Вологодского уезда

Продолжим об истории охоты и охотничьего хозяйства на Руси. Интересный документ попался в трудах Археографической комиссии.
   В 1834 году в России, для того, чтобы собрать, изучить и опубликовать древние исторические рукописи, была создана Археографическая комиссия. Летописи, грамоты, уставы, судные дела, древние родословные, разрядные и писцовые книги. Огромное число этих документов хранилось в то время в самых разных местах - столичных библиотеках, губернских архивах, монастырских хранилищах. Зачастую они хранились в очень плохих условиях, а многие просто погибали. Наиболее важным результатом было издание Актов исторических (было издано 5 томов Актов) и Дополнения к Актам историческим (всего было издано 12 томов дополнений).
     В I томе Актов, изданных в 1848 году, есть документ, относящийся к 1548 году. Это царская жалованная грамота Вологодским дворцовым оброчным сокольникам.


     "Се яз Царь и Великий Князь Иван Васильевич всеа Руси пожаловал есми, в Вологоцком уезду своих оброчников соколья пути, Митку да Левку Ортемьевых, да Сенку Ермолина сына Блазновых, что мне били челом. А сказывают, что деи им ваши писцы Вологоцкие, Тимофей Ондреевич Карамышев с товарищи, дали им на лесу, на дичи починок Климовский, да займище Еговерово на речке на Юде, да их же два займища Миткино да Сенкино Блазновых, да займище поповское Лодыгино по Шохме по болшей и по меньшей, лес дикой, да по речке по Лежи мхи и болота ... Комелы, и Волочка Лежского и Авнеги, и меж монастыря Инокентьевы пустыни; а на тех деи мхах и болотах кречатьи и сокольи седбища, и от людей деи те места версты за три и за четыре, а наших деи дворцовых сел близко того места нет никоторых, и не отданы те места на оброк никому; а льготы им дали наши писцы на десять лет от лета 7000-четыредесять девятого до лета 7000-пятдесят девятого; а как отсидят те свои урочные лета, и имбыло давати на нашу соколню по три соколы, а не будет соколов, ино за сокол по полтине. 
   И будет так, как нам Митка с товарищи сказывали, а наши будут Вологоцкие писцы, Тимофей Ондреевич Карамышев с товарищи, осмотря и обыскав те им места дали, и яз Царь и Великий книзь Митку да Левку да Сенку пожаловал, велел есмы им, на том лесу, в тех починках жити, и дворы им собе ставити, и лес на пашню розчищати, и на тех мхах и болотах помыкати кречеты и соколы на меня Царя и Великого  князя. А кого они к собе призовут, в те починки и селища и на то лес жити людей не писменых и не тяглых, и тем их людям не надобе моя Царя и Великого князя дань, ни ямские деньги, не иная некоторая пошлина, не наместничь ни волостелин корм.
    А как отсидят те свои урочные лета, по писцов наших грамоте, и они дают на нашу соколню по три соколы; а не будет соколов пером, и они дают в нашу казну, дьяком нашим Постнику Губину да Одинцу Никифорову, оброку полтора рубля, за сокол по полтине; а дать им тот оброк, впервые на Рождество Христово лета 7000-пятьдесят девятого. А наши Вологоцкие наместницы и Комельские волостели, и Лежского Волочка, и Авнежские, и их тиуны, тех оброчных соколников и их людей не судят ни в чем, а кормов своих на них не емлют. А праветчики и доводчики поборов своих на них не берут и не всылают к ним ни по что, опричь душегубства или розбою с поличным; а случится у них душегубство или разбой с поличным, ино их судит волостель Авнюжской волости и в пропятень.
    А кому будет чего искати на Мите и на его товарищах, и на их людях, ино их сужу яз Царь и Великий Князь или мой соколничий; а приставов по них ездить даной Михаил Иванов сын Арсеньев, а срок им срочить один в году Петров день, а опричь того даного пристава неделщики по них не ездят никто. А кто на них и срок накинет, и яз им к тому сроку ездить не велел; а кто на них и безсудную грамоту возмет, не по тому по их сроку, и та безсудная не в безсудную.
     А коли Митка с товарищи поедут к Москве или с Москвы с оброчными соколы или с нашим оброком, а не с товаром: и она по городам и на мытных местах мыта и по рекам перевозу не дают и подвод и них по деревням наши гонцы и ямщики не емлют, опричь ратные вести. А коли Митка с товарищи явив сю мою грамоту наместником или волостелем и их тиуном, и они с ней не дают ничего.
    А грамота дана на Москве лета 7000-пятидесятого шестого генваря в 3 день.
Подлинник писан столбцом на листке. Внизу, на малиновом шелковом шнурке привешена государственная красновоскоая печать, полуискрошившаяся. На обороте вверху: Царь и Великий Князь Иван Васильевич всея Руси.

     Несмотря не кажущуюся сложность этого текста, при внимательном его прочтении все (или почти все) становится понятным. Михаил да Лев Артемьевы, да Семен Ермолаевич Блазнов в 1548 году попросили у царя Ивана Васильевича (он же Иван IV Грозный) участок леса. Его уже отвели местные чиновники и отдали в пользование, но нужно было царское решение по этому поводу. Участок находился примерно на границе современных Вологодского и Грязовецкого районов. Названия рек Лежа и Комела сохранились на карте в неизменном виде. Деревня Еговерово имела в древности еще одно название, Кошкино, и с ним до наших дней дожила. А рядом и сейчас есть деревня с интересным названием — Блазны (она же Климова). Теперь ее название понятно - здесь ее братья Блазновы в 16 веке и обосновались для охотничьих дел. На спутниковой фотографии видны несколько крыш старых деревенских домов и одна - железная.
      В то время это был "лес дикий - мхи да болота" , и безлюдный. Да к тому же, никому в оброк эти места не были раньше отданы. А на этих мхах да болотах были кречатьи и сокольи гнездовища.
    И вот, Артемьемы да Блазновы просят себе эти леса в пользование. И Иван Васильевич разрешает - пусть люди в этих местах живут, дворы себе ставят, лес под пашню расчищают и зовут к себе на жительство свободных людей. А за это пусть они ловят для сокольни Ивана Васильевича соколов да кречетов. Величина этого оброка невелика - по три сокола в год. Если же соколов не поймают, то должны заплатить оброк деньгами - по полтине за сокола, а всего полтора рубля. При этом с 7049 года по 7059 год (с 1541 по 1551)  устанавливаются урочные лета - годы, когда оброк платить вовсе не нужно.
     При этом жители новых селений освобождаются от всех налогов и сборов - центральных и местных и становятся неподсудными местному суду за исключением тех случаев, когда они обвиняются в убийстве или пойманы с поличным на грабеже.
Очень неплохие, как кажется, условия для лесо- и охотпользования.
Здесь, к сожалению не видно, насколько свободно эти люди могли пользоваться такими дарами леса, как охотничьи животные.  Похоже, что совершенно свободно, поскольку и более ценные ресурсы используются без ограничений: дворы себе ставят, лес под пашню расчищают.

Интересно еще вот что: на обороте грамоты Ивана Васильевича есть несколько приписок, которые относятся к разному времени. Вот они:
"Лета 7093 Марта в 18 день, Царь и Великий Князь Федор Иоаннович всея Руси се грамоту слушал, а выслушав сю грамоту, Вологоцкого уезда своих оброчников соколья пути Степку да Петрушку Блазновых пожаловал, велел им сю грамоту подписати на свое Царево и Великого Князя имя, и се у них грамоты рушить не велел никому и ничем, а велел у них ходити о всем потому, как в сей грамоте писано".

"Лета 7108 Генваря в 16 день Государь и Великий Князь Борис Федорович всея Руси се грамоты слушал, а выслушав сю грамоту, своих оброчников соколья пути, Федку Степанова да Сенку Павлова пожаловал, велел им сю грасмоту подписати на свое Царево и Великого Князя Бориса Федоровича всея Руси имя, и се у них грамоты рушити не велел никому ничем, а велел у них ходити по тому, как в сей грамоте писано".

"Лета 7135 ноября во 2 день Государь и Великий Князь Михайло Федорович всеа Руси сей грамоты слушал, а выслушав, Вологоцкого уезда своих обротчиков соколья пути Баженка Федорова да Несмеянка Блазнова с товарищи пожаловал, велел им сю грамоту подписати на свое Царево и Великого Князя Михайла Федоровича всеа Руси имя, и се грамоты рудити не велел никому ничем, а велел у них ходить о все по тому, как в сей грамоте писано".

"159 году Генваря в 17 день Божею милостью Государь и Великий Князь Алексей Михалович, всеа Руси Самодержец се жалованные грамоты слушал, пожаловал Вологоцкому уезду дворцовых сокольих помытчиков Тиханка да Андрюшку Блазновых, велел им сю грамоту подписати на свое Государево Царево и Великого Князя Алексея Михайловича имя, и се у них грамоты не велел рудити никому ничем, а велел ходити о всем по тому, как  в сей грамоте писано, опричь тарханов и быти по нынешнему Государеву указу".

"186 октября в 24 день, Божией милостью мы Великий Государь Царь и Великий Князь Федор Алексеевич, всея Великия и Малыя и Белые Руси Самодержец, се жалованные грамоты слушав, пожаловал Вологоцкого уезду дворцовых сокольничьих помытчиков Гришку Ларионова да Ивашка Федосеева с товарищи, велел им сю грамоту подписати на свое Государево Царево и Великого Князя Федора Алексеевича, всея Великия и Малыя и Белыя Руси Самодержца имя, и се грамоту у них никому и ничем рудити не велел, а велел ходити о все по тому, как в сей грамоте писано, опричь тарханов и быти по Великого Государя указу".

"Лета 7193 ноября в 5 день Божию милостию мы Великие Государи Цари и Великие Князья Иоанн Алексеевич, Петр Алексеевич, всея Великия и Малыя и Белыя Росии Самодержцы, се жалованные грамоты слушав, пожаловали Вологоцкого уезду Комелские волости починка Еговерова сокольих помытчиков Ивашку Блазнова с товарищи, велели им сее грамоту подписать на свои Великих Государей Царей и Великих Князей Иоанна Алексеевича и Петра Алексеевича, всея Великия и Малыя и Белыя России Самодержцев имена, и сей грамоты рудити у них никому ничем не велели, а велели им ходити о всем по тому, как в сей грамоте писано, опричь тарханов, и быти по нынешнему Великих Государей указу"

А вы говорите - стабильность! От Ивана Грозного до Петра Первого власть из года в год подтверждала права сокольников Вологодского уезда на пользование лесными и охотничьими угодьями! Более 135 лет.... И все это время сокольими помытчиками (ловцами) были представители одного рода - Блазновых. Удивительная история!




Комментариев нет:

Отправить комментарий